Что пишут южнокорейские СМИ о трениях в военном альянсе с США. Обзор "РГ"

Одним из наиболее заметных событий последних дней стал необычный перенос ежегодного американо-южнокорейского совещания по вопросам безопасности (SCM) с конца нынешнего года на начало 2027-го. Подобное происходит впервые за 28 лет. На этих встречах министры обороны двух стран традиционно согласовывают основные направления военного сотрудничества, включая вопросы совместного командования и противодействия угрозам со стороны КНДР.

Как отмечает газета "Чосон ильбо", необычное решение может быть связано с сохраняющимися разногласиями относительно сроков передачи Южной Корее оперативного командования объединенными войсками в военное время. Администрация президента Ли Чжэ Мёна стремится завершить этот процесс до окончания его президентского срока в 2030 году, тогда как Вашингтон настаивает на предварительном выполнении согласованных условий, подтверждающих готовность южнокорейской армии.

Изначально Сеул рассчитывал уже в нынешнем году завершить очередной этап проверки возможностей будущего объединенного командования и согласовать ориентировочную дату передачи полномочий. Однако окончательного решения добиться не удалось. Газета "Чосон ильбо" расценивает перенос совещания как свидетельство того, что стороны пока не смогли преодолеть разницу в подходах.

Другим, возможно, еще более чувствительным вопросом стало сотрудничество разведывательных ведомств. Как выяснилось в ходе парламентских слушаний, американская сторона ограничила передачу Южной Корее части разведывательной информации о северокорейских объектах.

История возникла не вчера. Ее связывают с заявлением министра объединения Республики Корея Чон Дон Ёна, который в марте публично назвал город Кусон местом расположения одного из северокорейских объектов по обогащению урана. По сообщениям южнокорейской прессы, Вашингтон счел, что подобное раскрытие сведений ставит под сомнение надежность обращения с секретной информацией.

Сам Чон Дон Ён отверг претензии и заявил, что не считает свои слова разглашением секретных данных. При этом министр подчеркнул, что союзнические отношения не означают полного совпадения интересов двух государств. "Альянс предполагает общность ценностей, но интересы сторон иногда могут противоречить друг другу", - заявил он 12 октября, добавив: "Мы не можем принимать сто процентов того, что требуют Соединенные Штаты".

Тем не менее последствия инцидента, судя по заявлениям южнокорейских официальных лиц, до сих пор не преодолены.

Особенно показательными стали высказывания посла Республики Корея в США Кан Гён Хва. Выступая 12 октября на парламентских слушаниях, дипломат признала, что вопрос обмена разведданными остается одной из наиболее сложных проблем в двусторонних отношениях. "Я не считаю, что проблемы в сфере разведывательного сотрудничества удалось в достаточной степени урегулировать в соответствии с ожиданиями американской стороны", - заявила посол.

По ее словам, американская сторона высказывала претензии и во время сентябрьской встречи министров иностранных дел Чо Хёна и Марко Рубио. Кан Гён Хва признала, что южнокорейской стороне пока не удалось в полной мере снять озабоченность Вашингтона.

Сам Чо Хён также подтвердил наличие проблем. Выступая 6 октября, глава южнокорейского МИД сообщил: "На встрече министров иностранных дел Республики Корея и США мне объяснили, какие проблемы существуют в сфере разведывательного сотрудничества".

Посол также обратила внимание на трудности политического диалога с администрацией Дональда Трампа.

"Признаю, что существуют ограничения в общении с Белым домом. Консультации на высоком уровне проходят далеко не в том объеме, в каком мне хотелось бы. Меня саму это расстраивает", - сказала Кан Гён Хва.

При этом дипломат подчеркнула, что американские представители не выдвигали требований об отставке конкретных южнокорейских чиновников. Ранее подобные предположения появились в политических кругах Республики Корея, где обсуждалось возможное недовольство Вашингтона министром объединения Чон Дон Ёном и директором Национальной разведывательной службы Ли Чжон Соком.

Отдельное направление разногласий касается политики в отношении Пхеньяна. Администрация Ли Чжэ Мёна выступает за возобновление межкорейского диалога и постепенное снижение напряженности на полуострове. Президент также высказывался в пользу прагматичного подхода к северокорейской ядерной проблеме, допускающего первоначальную заморозку ядерной программы как промежуточный этап.

Вместе с тем Вашингтон стремится сохранять контроль над координацией дипломатических инициатив в отношении КНДР. В южнокорейской политической и экспертной среде обсуждается вопрос о том, насколько самостоятельными могут быть действия Сеула и как они должны согласовываться с возможными американо-северокорейскими контактами. Однако публично подтвержденных сведений о прямом запрете со стороны Марко Рубио на самостоятельные инициативы Южной Кореи пока нет.

Примечательно, что на фоне все более многочисленных сообщений о проблемах в альянсе военное руководство двух стран выступило с решительным опровержением предположений о серьезных разногласиях.

30 октября министр обороны Республики Корея Кан Син Чхоль рассказал журналистам о состоявшейся двумя днями ранее встрече с американским коллегой Питом Хегсетом на Филиппинах. По словам южнокорейского министра, когда речь зашла о сообщениях прессы относительно ухудшения отношений, Хегсет охарактеризовал их предельно кратко: "Фейковые новости".

"Я с этим согласен", - заявил Кан Син Чхоль, подчеркнув, что подобные публикации не могут поколебать прочность американо-южнокорейского союза.

При этом министр фактически подтвердил наличие ограничений на передачу разведывательной информации, хотя и постарался преуменьшить их значение. По его словам, они касаются лишь небольшой части военного информационного обмена и не создают серьезных проблем для взаимодействия вооруженных сил.

Отвечая на вопросы о передаче оперативного командования, Кан Син Чхоль также сообщил, что стороны договорились продолжать совместную работу. Однако от прямого ответа на вопрос о согласовании конкретных сроков очередного этапа передачи полномочий он уклонился.

Любопытно, что совсем недавно тот же самый Кан Син Чхоль на слушаниях в парламенте РК заявил, что после неудачи США в Иране Сеул не может полностью доверять Вашингтону в вопросах обеспечения безопасности Корейского полуострова. Кан это назвал в качестве причины настойчивости Южной Кореи по части передачи оперативного военного командования.

Таким образом, в американо-южнокорейских отношениях складывается достаточно противоречивая картина. Официальные представители двух стран продолжают подчеркивать прочность военного союза и отвергают разговоры о его кризисе. В то же время перенос важнейшего военного совещания, сохраняющиеся споры о командовании, подтвержденные ограничения в обмене разведданными и признанные самим южнокорейским послом трудности общения с Белым домом свидетельствуют о наличии реальных проблем.

Как отмечают эксперты, пока нет оснований говорить о кризисе или угрозе распада американо-южнокорейского альянса. Однако накопившиеся расхождения уже вышли за рамки закрытых дипломатических консультаций и стали предметом открытой общественной дискуссии.